3ae95ea9

Иванов Сергей - Миро-Творцы 1



Сергей Иванов
Мертвый Разлив
Часть первая. Крепость
Глава 1. Хочу домой
Будто гонимый ветром, Вадим стремительно шагал по самому краю тротуара,
уставясь перед собой стылым тусклым взглядом. Его сторонились,
заблаговременно уступая дорогу - значит, он научился казаться грозным, даже
опасным. Очень удобная маска: на самом-то деле он в любой миг готов был
вильнуть, затормозить, соскочить на проезжую часть - лишь бы избежать
столкновения. Вадим только притворялся непроницаемым, чтобы хоть так
обезопасить себя от среды. Поверх привычного скафандра, именуемого телом, он
словно напялил на душу еще один, маскируясь под хищника, как это выделывают
некоторые бедолаги в природе. Сегодняшний день выкачал его до дна - как и
большинство предыдущих, впрочем. Требовалась срочная подзарядка, но для нее
еще надо было добраться до дома - на последних крохах энергии. В прежние
разы это удавалось, но ведь и под самосвал мало кто попадал больше одного
раза...
Было время пик. На недавно пустынные улицы, патрулируемые
моторизованными нарядами блюстителей, выплеснулись многотысячные потоки
служителей: спецов и трудяг, - спешащих управиться со своими дела ми еще до
начала комендантского часа, чтобы успеть попасть домой, где и прикончить
остаток вечера. Чем дальше, тем сильней две эти касты различались: одеждой,
районами обитания, маршрутами каждодневных миграций, даже внешностью, - и
тем меньше смешивались. К тому же нескончаемо текущие стада бдительно
стерегли те же блюстители, шныряя вдоль тротуаров на тарахтящих
двуколесниках. От заполненных под завязку транспортов разило потными телами
и нечистым дыханием, люди спрессовывались там в раздраженно бурлящую массу -
по вечерам Вадим старался ее избегать, предпочитая дальние прогулки.
Но хуже всего был тамошний психофон, к концу дня делавшийся для Вадима
невыносимым. Вообще терпеть людей подолгу ему становилось все сложней -
исключая разве немногих. А когда они сбивались вокруг Вадима в толпу, он
чувствовал себя занозой в громадном организме, ополчившемся против инородных
вкраплений. Не то чтобы на Вадима наезжали в открытую - поодиночке он смог
бы поладить или управиться почти с любым, независимо от статуса и образа
мыслей, - но массовые, суммарные инстинкты больших скоплений отвергали
Вадима напрочь. Странное его сознание, намного выступавшее за границы тела,
больше походило на незримое облако. (Вадим и прозвал его: мысле-облако.) И
так же могло сгущаться, концентрируясь на подходящем объекте, либо
расплываться вокруг на десятки метров, зондируя окрестности, либо
вытягиваться в щупальце еще дальше, чтобы достать искомую цель. Иногда это
было удобно и даже полезно, позволяя Вадиму вовремя избегать или встречать
опасность, - но неудобств доставляло куда больше. Правда, малочисленные
приятели и многие знакомые Вадима нещадно эксплуатировали его чудесные
свойства, часто сами того не сознавая. Например, он неплохо умел проводить
диагностику - не только вблизи, но и на дистанции, если было чем зацепиться
за "клиента": фотография, записка, телефон. Черт знает, как в эти моменты
менялось его мысле-облако (по проводам, что ли, устремлялось?), но промашек
Вадим почти не давал. Помимо прочего, мысле-облако характеризовалось
заряженностью - так вот, энергию из него и черпали нее, кому не лень, пока
не разряжали напрочь. Оно не становилось от этого меньше, однако теряло
обычную защищенность, делалось раздражительным и болезненным, словно свежая
рана.
На тротуарах тоже было



Назад