3ae95ea9

Игнатова Наталья - Зверь 3



НАТАЛЬЯ ИГНАТОВА
ВРАГОВ ВЫБИРАЙ САМ
Анонс
Демоны, драконы, пляшущие ведьмы, чувырлы и прочие твари буквально парализовали жизнь людей. Не было от них никакого покоя, пока не появились рыцарь Артур и его названый брат маг Альберт.
ПЕРВАЯ ЗАПОВЕДЬ
Я буду сниться тебе после смерти,
Под маской желтого шелка.
Я очень тихо сыграю на флейте,
И очень недолго.
А ты пытайся в какой-то ответ
Интерпретировать звуки.
(Я очень тихо играю на флейте.
На грани слуха).
А на востоке восходит коллапс.
Пойдем посмотрим украдкой;
Чтоб не увидел случайно кто нас,
Несу я флейту в сухих птичьих лапках.
Играю музыку с легкой гнильцой,
Сбивая дыхание;
Под желтой маской упрятав лицо,
Под желтой тканью.
Не зная нот, подбираю на слух
Мелодию вивисекций,
На грязном каменном страшном полу
Усевшись с флейтой чудесной.
Шелк, шелк, лицо мое скрой,
Оставив глаз угольки.
Коллапс восходит черной звездой,
И бездны его глубоки.
Я прячу в себе такую же тьму
Под маской желтого шелка,
Лицо собрав себе самому
Из костяных осколков.
Я мифологию вновь воссоздам,
Маску подставив югу.
Слушай, как по антарктическим льдам
Пробиралась тайком Кали-Юга.
День Гнева
То ли архитекторы насмотрелись фантастических фильмов, то ли подобная планировка отвечала их собственным представлениям о том, как должны выглядеть помещения стендов и полигонов для испытания прыжковых двигателей, независимо от этого Мастиф готов был придушить что создателей фильмов, что строителей.
Уже четыре с лишним минуты он шел по совершенно одинаковым, бесприютным и мрачным коридорам, отличая один переход от другого лишь по номерам, написанным на стенах светящейся краской.
В шлемофоне осторожным шелестом проносились голоса с периферии:
- Где он сейчас?
- Коридор 12 D, между переходами 8 и 14..
Надо сказать, по поводу нумерации переходов у Мастифа тоже накопилось много тихих незлобивых слов.
Однако все слова он оставил на потом. Если это самое “потом” случится когда-нибудь. А сейчас он молча крался вдоль скучной, выкрашенной в серо-зеленый цвет стены, прогонял в памяти карту здания и одну за другой обезвреживал засевшие здесь группы Провозвестников.
Путь получался коротким, но довольно извилистым. О безопасности же не шло и речи. Кто знает, какая сволочь засела на дороге. Тут ведь за любым поворотом целый взвод бойцов разместить можно.

А еще растяжки...
Мастиф замер, на полшага не дойдя до очередной. Осторожно перешагнул и отправился дальше. Разминированием займутся специалисты.

Опять же потом.
И все с тем же условием: если это “потом” наступит. А вообще-то он был в отпуске...
ПРОБУЖДЕНИЕ
Старик сидел в глубоком кресле и, недовольно хмурясь, в который уже раз перечитывал письмо. Послание доставил сегодня утром донельзя уставший голубь. Птица была накормлена, напоена и сейчас отсыпалась в большой клетке, соседствуя с парой своих собратьев.

А старик читал. И ворчал в седые усы:
- Сопряженные точки... Идеальное взаимостояние... А я говорю, аберрация... да, и буду настаивать. Третья?.. Да хоть бы и сотая, ведь надо же учитывать периоды...

Это вам не математика, это - наука. А мы, как дети, как... как я не знаю... маги.
К слову сказать, именно магом старик и был. Но именовать себя предпочитал ученым. Дела мира, из которого пришло письмо, не особенно его интересовали, дела же мира, в коем он обитал, не нуждались ни в чьем вмешательстве.

Потому что никто, кроме него, здесь не жил.
И вот, пожалуйста, письмо: полоска шелка, исписанная очень мелким, разборчивым почерком: “...рассеянн



Назад